Дело о производственной библии и формате телепередачи
В 2011 году в Испании вышла телепередача «Tu cara me suena» («Ваше лицо кажется мне знакомым»). Концепция передачи такова: участники – звезды кино, театра и другие знаменитости – исполняют песни известных музыкантов, стараясь максимально точно воспроизвести их образы. Выступления и их «похожесть» на оригинал оцениваются жюри и зрительским голосованием. Победителем становится тот, кто наберет больше голосов.
Передача оказалась настолько популярной, что ее версии появились более чем в 30 странах. В России шоу производилось компанией ВайТ Медиа под названием «Один в один!» и первоначально вышло на Первом канале. Второй сезон вышел уже на канале «Россия», но и Первый канал тоже запустил свою версию под названием «Точь-в-точь».
Тогда создатели оригинальной передачи Гестмьюзик Эндемол и ВайТ Медиа предъявили к Первому каналу иск о нарушении авторских прав на формат программы и потребовали запретить ее выпуск.
В суд была представлена Производственная библия – документ, в котором содержалась концепция оригинальной телепередачи, принципы кастинга, технология производства и примеры грима, порядок проведения репетиций и прочая детальная информация, необходимая для производства программы.
Поскольку Точь-в-точь очень похожа на Один в один, использование и идеи, и Производственной библии весьма очевидны. Однако суды все равно встали на сторону Первого канала, и вот как это было обосновано.
Российское законодательство об авторских правах не знает такого объекта как формат передачи. Факт заимствования идеи телепередачи признан Первым каналом. Но на идеи, концепции, принципы, методы, способы – то есть на само содержание Производственной библии – авторские права в силу закона не распространяются. Поэтому, заимствуя идею передачи, Первый канал ничего не нарушил.
В Производственной библии есть объекты авторских прав: фотографии, логотип, схемы, но Первый канал придумал свой логотип, использовал свои оригинальные музыкальные заставки и зрительный ряд, свой логотип и сценарии отдельных передач, поэтому нарушения этих прав тоже нет.
Доводы о недобросовестной конкуренции и злоупотреблении правом со стороны Первого канала, тоже заявлялись, но были отклонены с весьма спорной формулировкой, что вызывает вопросы. Первый канал получил конкурентное преимущество, от бесплатного использования передачи, тогда как его конкурент канал «Россия», по-видимому, оплачивал лицензию за право использования формата.
Из дела можно сделать следующие выводы. С одной стороны, российский рынок лицензий на телепередачи оказался под угрозой – зачем платить за права использования, если можно свободно заимствовать идею? С другой стороны, такой подход вряд ли войдет в систему, потому что позиции западных правообладателей весьма часто поддерживаются российскими судами. К тому же доводы о недобросовестной конкуренции, заявленные истцами не полностью опровергнуты судом, что оставляет еще возможности для защиты права на формат передач в подобных случаях.